Люди с синдромом Дауна хотят работать по тем же причинам, что и все остальные: чтобы быть независимыми, иметь собственные деньги, помогать обществу, заводить новых друзей и ощущать свою значимость. Несколько лет назад в России не было ни одного официально трудоустроенного человека с синдромом Дауна, но сейчас ситуация начинает меняться в лучшую сторону. Полина Кабанова, руководитель отдела подбора персонала компании Hilton, рассказала нам о проекте по трудоустройству таких людей, который называется «Up Syndrome».
Каждый имеет право на работу
Ситуация с трудоустройствои людей, живущих с инвалидностью, и особенно когда дело касается ментальных нарушений, непростая даже в самых прогрессивных, в плане социальных инициатив, странах.
К примеру, в Австралии, согласно официальной статистике, в 2019 году только 39 процентов людей с нарушениями интеллекта были трудоустроены или находились в активном поиске работы.
Что же касается людей с синдромом Дауна, то опрос, проведенный организацией "Down Syndrome Australia" в 2017 году, показал, что 23 процента не имели работы вообще, 33 процента выполняли ту или иную волонтерскую работу, остальные же были официально трудоустроены с разной занятостью.
Принятая Австралией Конвенция ООН о правах инвалидов предписывает «признавать право инвалидов на труд наравне с другими; это включает право на возможность зарабатывать на жизнь свободно выбранной работой и быть принятыми на рынке труда и в рабочей среде, которая является открытой и доступной для людей с ограниченными возможностями».
Россия ратифицировала эту конвенцию в 2012 году. Как же обстоят там дела с реализацией права на работу людей с синдромом Дауна?
"Мы единственный бизнес, который официально устраивает таких ребят"
Полина Кабанова руководит процессом подбора персонала компании "Hilton" и является одним из кураторов пилотного проекта в России "Up Syndrome" - по трудоустройству людей с синдромом Дауна. По ее словам, официальной статистики по занятости людей с этим синдромом просто не существует.
"Я честно пыталась найти официальную информацию, сколько людей с синдромом в России работают. К сожалению, нет такой статистики, так как отчеты на категории не делятся.
"Но из того, что я знаю, мы - единственный бизнес, который реально, официально ребят [с синдромом Дауна] сейчас трудоустроивает".
Полина рассказала, что раньше она училась в Великобритании, где помогала социальному клубу и видела, что люди с синдромом Дауна вполне успешно осваиваются на рабочих местах. В России ей приходилось очень много путешествовать по работе, однако нигде она не встречала таких сотрудников.
"Люди с синдромом по всему миру работают, а в России таких не видела. Они, скорее всего, где-то есть, такие ребята, но либо их прячут, либо действительно не работают..."
"Наш идеальный сотрудник"
По словам Полины, какой-то определенной истории за проектом "Up Syndrome" нет, кроме 100-летней истории компании Hilton, вся деятельность которой связана с гостеприимством. И человек с синдромом Дауна вполне соответствует их концепции идеального сотрудника, который всегда излучает позитив.
"В России, к сожалению, не так часто люди улыбаются, - говорит Полина. - А мы - компания отелей, и мы - про гостеприимство. И хотим, чтобы наши сотрудники больше улыбались. Люди с этим синдромом - они всегда счастливы, всегда улыбаются. И мы подумали, что это идеальный профиль нашего сотрудника в любой стране: счастливые улыбающиеся люди, которым нравится быть с другими людьми!"
Конечно, как признается Полина, на этапе обсуждения звучали опасения о готовности общества к таким работникам. Но на деле не последовало ни одного негативного отзыва ни от клиентов, ни от сотрудников компании.
Непонимание законодательства
Что касается российского законодательства, то Полина рассказывает, что вокруг формулировки "нерабочая группа инвалидности" существуют много непониманий. В большинстве случаев для защиты прав людей с нарушениями интеллекта их в судебном порядке лишают дееспособности - чтобы они не смогли подписать какие-то важные документы, к примеру, на передачу квартиры, попашись на удочку мошенников. А это значит, что человек не сможет подписать и трудовой договор.
Но Полина говорит, что пример их компании показывает - люди с синдромом Дауна могут быть официально трудоустроены в России.
"Из того, что мы поняли - больше нет такого понятия "рабочая/нерабочая группа инвалидности". Человек с любой степенью инвалидности при желании может работать. Но мы столкнулись с тем, что региональные власти по-разному трактуют такие законы.
"В некоторых регионах нам говорят, что человек с сидромом Дауна имеет нерабочую группу инвалидности. В то время как Москва и Санкт-Петербург утверждают, что нет такого понятия. Поэтому мы так до конца и не определились, если честно. Но все, кто у нас работает - работают официально. Выходит, что мы своим примером показали, что это все ерунда, и каждый может работать".
Капля в море, но начало положено
После решения о запуске проекта в конце прошлого года возник вопрос: а как найти таких людей? Полина рассказывает, что решила обратиться к известному российскому блогеру Ольге Савельевой, которая много внимания уделяет благотворительности. В декабре Ольга разместила на своей странице в Фейсбуке публикацию, на которую откликнулось очень много людей.
"Мы не ожидали такой огромный отклик, - признается Полина. - Я за две недели пообщалась примерно с 300 потенциальными кандидатами или семьями, где растут дети с синдромом, и которым очень важна эта инициатива. И с февраля мы начали работу по трудоустройству".
Процесс этот, по словам Полины, небыстрый, так как необходимо адаптировать рабочие места и графики работы, создать программу наставничества внутри компании.
"Каждому сотруднику с синдромом выделяется человек, который его ведет по работе: принимает от родителей или опекунов, везде сопровождает, обучает, поддерживает".
На сегодняшний день трудоустроено 6 человек в четырех отелях Москвы, еще два человека на очереди в Красноярске и Санкт-Петербурге. Полина говорит, что это, конечно, капля в море, но она видит, как их пример уже вдохновляет другие компании.
"Мы специально ставим сотрудников на гостевые позиции, не прячем их. И я могу сказать, что очень много больших бизнесов стали обращаться с вопросами: а как вы это сделали, какие были сложности? И мы с радостью делимся опытом.
"Я уверена, что все вместе мы реально сможем поменять мир, как бы это высокопарно ни звучало!"
Самая ценная благодарность
"Что самое ценное для вас в этом проекте?" - спрашиваю я Полину.
И она признается, что морально ей бывает очень нелегко, когда она общается с родителями молодого человека с синдромом Дауна и не может им ничего пообещать, так как невозможно взять на работу каждого.
Но когда она видит, к примеру, глаза сотрудника Влада, то понимает, что все это не зря.
"Влад сначала работал у нас на фронт-офисе, а теперь работает на завтраках: принимает гостей, отмечает, в каком номере они проживают. Безумно популярный мальчик, особенно среди иностранных гостей! "Обнимашки" на завтраке с Владом - это просто какая-то знаменитая вещь в отеле".
"Знаете, есть такая практика, когда гостям в номере отеля оставляют открытку от менеджера. Так вот у меня в номере, когда я приехала в отель, лежала открытка от Влада. И для меня это - прямо до слез. Это главное чувство гордости, что все получилось. Вот такие вещи меня очень сильно мотивируют!"
