ТРАНСКРИПТ, аудио доступно в плеере.
В 1970 году в Западной Австралии Леонард Кэсли объявил свою ферму независимой страной: княжеством Хатт-Ривер.
Он был самопровозглашенным принцем со всеми регалиями, чтобы избежать производственных квот и налогов.
До недавнего времени такие авантюры относились к типу микрогосударства, фальшивой страны, созданной для собственной выгоды, а в некоторых случаях и для того, чтобы потешить свое самолюбие.
Но сейчас ситуация изменилась.
Гарри Хоббс, профессор конституционного права в Технологическом университете Сиднея, один из немногих, кто серьезно изучает это явление, и недавно вышла его книга о микрогосударствах.
«Я думаю, что микронации или идея микронаций сильно изменились за несколько поколений, я бы сказал… Раньше я бы воспринимал человека, который создает микространу, как движимого эгоцентризмом. Мир вращается вокруг них, верно? У них нет того, что они хотят... и они решают сощдать свою собственную страну и сделать все это сами. После распространения интернета я думаю, что микронации стали гораздо больше связаны с комьюнити».
С начала века новые фальшивые страны были созданы с позитивной целью людьми, стремящимися привлечь внимание по достойным причинам.
Нильс Вермеерш — отец двоих детей, ему за тридцать, он работает на офисной работе в своей родной Бельгии.
Но он также является самопровозглашенным великим князем.
Когда он увидел, какую известность получил г-н Кейсли со своим княжеством, Нильс решил претендовать на Великое герцогство в дорогом для него месте: Антарктиде.
Он назвал одну часть белого континента Великим Герцогством Фландренсис.
Объясняет почему:
«Великое герцогство Фландренсис — единственная страна в мире, которая не хочет, чтобы на ее территории находились люди, что уже отличает ее от других стран и организаций… Уже так много организаций работают против изменения климата и за сохранение Антарктиды, и здесь мы играем роль с нашим креативным подходом. Сегодня мы являемся официальной неправительственной некоммерческой организацией, которая использует концепцию микронации».
Он принял участие в нескольких мероприятиях по сохранению Антарктиды, где его последователи узнавали больше о глобальном потеплении, а затем распространяли эту информацию, а он вручал медали защитникам окружающей среды.
Гарри Хоббс видит воображаемое Великое Герцогство как пример нового поколения микронаций, создаваемых для того, чтобы в шутливой, но довольно заметной форме привлечь внимание к каким-то потерявшим общественный интерес проблемам.
«Вы страна, вы получаете один голос, если вы не страна, вы не получаете никакого голоса. Антарктида — не страна, она не имеет права голоса ни в одном международном договоре по охране окружающей среды. И многие микронации создаются на частях Антарктиды, чтобы привлечь внимание к экологическим проблемам».
Но не обязательно отправляться так далеко на юг - сейчас многие создают страны, чтобы принести пользу своему местному сообществу.
Два француза - Оливье и Жан-Пьер - провозгласили себя принцем и принцессой маленького городка Эг-Морт с целью повысить его популярность и туристическую активность.
Комментирует профессор Хоббс.
«Он был создан как способ объединить сообщество. Этот город во Франции много лет переживал проблемы, люди жили в отчаянном экономическом положении, и поэтому два человека, пара, решили, что они создадут свое собственное микрогосударство и свои собственные дворянские титулы, как способ привлечь туристов и оживить город, и это было действительно успешным проектом».
Они организуют мероприятия, праздники, создали местную валюту, свои СМИ и множество других инициатив, где Оливье одевается комичной «принцессой Оливией».
Он объясняет:
«Большинство людей создают микронацию, потому что в первую очередь они хотят быть королем, у некоторых из них огромное эго. (смеется) Мы больше сосредоточены на том, что мы можем сделать для нашего города, как мы можем продвигать наш город"
Его партнер Жан-Пьер носит костюм харизматичного принца и считает свою фальшивую страну локомотивом для множества изменений.
«Наше княжество — это альтернативное гражданство, так как все действуют, не дожидаясь, пока правительство что-то сделает».
В фальшивых королевствах и титулах нет ничего нового.
Но в новом тысячелетии они стали одной из форм активизма.
